Старинный колокол

Карпинский краеведческий музей не только радует, но и удивляет посетителей своими экспонатами. Среди последних приобретений есть уникальная вещь – старинный колокол,  снятый с колокольни церкви во имя Казанской иконы Божией Матери.

На постаменте, где возвысился  колокол, укреплена табличка с надписью, что был он

«…установлен в 1908 году на колокольне кладбищенской часовни, построенной в 1841 году на средства прихожан и стараниями управляющего Богословским Горным Округом  Матвея Ивановича Протасова».

Каждую пятницу, субботу и воскресенье над утренним Карпинском, над крышами домов, верхушками тополей плывет, растворяясь в небе, колокольный звон – это колокола церкви Казанской иконы Божьей Матери созывают благовестом прихожан на службу. Перезвон колоколов – гулкий и, в то же время, мелодичный – заставляет и горожан, казалось бы , далеких от веры в учение Христово, проникая в их сердца и души, остановиться, прислушаться.

ЧУДО КАКОЕ – ЗВОН КОЛОКОЛЬНЫЙ!

Будто где-то там, высоко в небесах, кто-то неведомый на божественно волшебной арфе играет.  «бом-бом..- звенит благовест.

А ведь было время, когда церковный колокольный звон был запрещен, большевистские власти не поленились даже указ специальный выпустить. Вскоре почти по всей России все колокола с церквей были сняты и пущены в переплавку. Храмы, оставшись без голоса, онемели. Лишилась колоколов и Казанская церковь.

Эту историю рассказал Александр Фёдорович Воинков, бывший когда-то старостой Казанской церкви, человек, связанный с нашим храмом с малолетства.

Колокола, снятые с Казанской церкви, были переданы как металлолом на рудоремонтный завод. Случилось это, по всей видимости, где-то в начале войны с фашистской Германией, а может, и незадолго до нее.  Александр Фёдорович в то время работал в отделе технического снабжения завода, начальником его был Пётр Тихонович Антонов, приезжий, глубоковерующий человек, бывший одно время даже алтарником при епископе. Александр Фёдорович хоть и был церковным старостой, все равно должен был где-то  работать. Время было военное и лозунг: «Всё для фронта, всё для Победы!» выполнялся, в частности, и таким образом, и должность церковного старосты являлась общественной нагрузкой (верующих не надо было принуждать работать, все они придерживаются заповедей, в которых защита Родины, работа на её благо – дело святое. «За други своя» они, верующие, и на передовой живота своего не жалеючи, бились, как и весь народ, с захватчиками).

 

Итак, церковные колокола валялись на заводском дворе  средь ржавой железной рухляди. Антонов заботливо спрятал их от постороннего глаза, завалив разным металлоломом. Затем, переговорив с Воинковым, они придумали план тайной вывозки колоколов с заводской территории. И вот в один из дней за проходную завода выехала телега. Её загрузили металлоломом и открыто вывезли с предприятия. Металлолом был куплен приходом якобы для своих нужд, для этого прихожанами было собрано 17 тысяч рублей. Торговая сделка была оформлена официально, подкреплена документами. И никто из заводского начальства, даже сам оперуполномоченный НКВД, не догадывался, что под грудой разношерстного металлического хлама уехали с заводского двора и церковные колокола. Дело было очень рискованным, опасным, но ни Антонов, ни Воинков о последствиях не думали – главным для них было сохранение колоколов. Когда во спасение Отчизны власти понадобилось влияние церкви,  она была призвана на помощь. Тогда в Карпинске и ожили спасенные Воинковым и Антоновым колокола Казанской церкви, зазвенели, запели. Так с тех пор и радуют людские души и слух ласкают.  П.Т. Антонов пожизненно занесен в знак благодарности в списки поминовения Казанской церкви.

Но вернемся к экспонату нашего музея.

Колокол был совершенно черный, с налетом времени в прямом смысле этого слова. Две недели сотрудники музея приводили его в порядок, чистили, скребли, мыли. Наконец стали проявляться какие-то надписи, рельеф изображения.

Сегодня колокол имеет почти первозданную красоту. Восстановлен его первоначальный  медно-бронзовый цвет. Четко проступает орнамент, украшающий нижнюю часть, а наверху в овальном обрамлении ясно виден библейский сюжет.

Что ценно ещё так это то, что работникам музея удалось «проявить» надпись, сделанную в нижней части колокола, которая говорит уже об историческом его происхождении.

Надпись гласит:
«ПЕРЕЛИТ СТАРАНИЯМИ ПОПОВ ПОКРОВСКОЙ ЧАСОВНИ И. ЧИГВИНЦЕВЫМ И К. РЯБОВЫМ ЗАВОДА АРСЕНИЯ В ГОРОДЕ УФЕ 1908 Г. ВЕС 5 ПУДОВ 24 ФУНТА».

«ПЕРЕЛИТ» — возможно, тогда уже колокол начал свою вторую жизнь.

Колокол действительно придает значимость всей музейной экспозиции,  ведь он, и в это веришь, наделен живой силой. И пусть он сейчас не звонит, но молча повествует о себе и своих новых собратьях (отлитых, кстати, в Каменске-Уральском), торжественно ликующих на колокольне церкви Во имя Казанской иконы Божией Матери.

****